Недавно мы писали о том, что Михаил Делягин и компания изъявил желание создать партию «Родина – здравый смысл» (РЗС). Выяснилось, что координатором РЗС по городу Ижевск (Удмуртия) назначен Трапезников Михаил Юрьевич. Далее приводим архивную публикацию с официального сайта Русского Общенационального Союза (РОНС), в которой достаточно подробно и аргументировано приведены факты, на основании которых можно сделать вывод о том, что М.Трапезников является стукачем, провокатором и мошенником.

Подробности расправы над русскими националистами в Удмуртии

Спецслужбы Удмуртии и бывшие «патриоты» состряпали уголовное дело против лидера регионального отделения РОНС в Удмуртии Владимира Ивановича Жернакова. Прокурор потребовал для Владимира Ивановича Жернакова 2 года тюремного заключения. М. Трапезников никогда не был оштрафован на 50 тысяч рублей и дал показания против своих прежних соратников.

7 сентября в Воткинске закончился суд над тремя русскими националистами. В. Жернаковым, С. Бородулиным и Туровым, которые стали очередными жертвами правящего антирусского режима. Главным в этом деле стал факт предательства, так как отправить на скамью подсудимых, а затем и осудить русских патриотов органам следствия, ФСБ и суду помогли те, кто сам в прошлом громко называл себя русским патриотом.

Сообщаем подробности дела. Все помнят нашумевшее дело с выходившей в Ижевске газетой «Ижевская дивизия». Против ее издателей М. Трапезникова и А. Андреева было возбуждено уголовное дело по статье 282, за пресловутое разжигание межнациональной розни. В последствии Андреев перекочевал из обвиняемых в свидетели (просто так такое не происходит). А Трапезников в апреле — мае 2004 года через интернет и иными способами объявил, что он якобы, был оштрафован судом на 50 тысяч рублей. На самом деле от наказания Трапезников был освобожден по личному представлению прокурора республики Саражева. А история с 50000 рублей стала обычным политическим блефом. Это дело находится в прямой связи с другим, возбужденным прокуратурой Удмуртии весной 2004 года по факту подделки подписей во время президентских выборов. Начав изучать это уголовное дело, рассмотренное затем в Октябрьском суде города Ижевска, невольно угадываешь классический почерк политических провокаций. Одним из первых и основополагающим документом уголовного дела является рапорт полковника ФСБ Бобкова А.А., адресованный начальнику УФСБ РФ по Удмуртии генерал-майору Е.В.Вдовину. Цитирую резолютирующую часть сего рапорта: "…фальсификация избирательных документов осуществлялась группой лиц, по предварительному сговору. Организатор фальсификации Трапезников Михаил Юрьевич является одним из руководителей штаба в Удмуртской республике по выдвижению С.Глазьева кандидатом в президенты РФ". Группа лиц, участвовавших в фальсификации состоит из единомышленников Трапезникова, — фигуранта уголовного дела, возбужденного по ст.282 УК РФ." На рапорте стоит резолюция генерала Вдовина от 28.01.04 г. «Бобкову А.А. Прошу направить в прокуратуру УР по подследственности».

Все просто и ясно. Сыщики ФСБ фиксируют, что М. Трапезников в момент написания рапорта фигурант уголовного дела по ст.282 УК РФ, опять попал в поле зрения сыщиков. На этот раз уже не за политику. Подделка подписей это скорее мошенничество. А дальше колесо завертелось с калейдоскопической быстротой.

В феврале состоялись интенсивные допросы всех, кто участвовал в «рисовании подписей». В результате, вместо того, чтобы расценить подделку подписей как отягчающее обстоятельство, прокуратура Удмуртии требует на суде Трапезникова от наказания освободить. Прокурор на суде прямо заявил, что Трапезникова не надо наказывать потому, что он раскаялся и сотрудничал со следствием. Очень важно отметить, суда над Трапезниковым как такового не было, дело рассматривали «в особом порядке»! А это значит: без заседателей, без прений, без рассмотрения обстоятельств дела, без свидетелей! То есть в присутствии всего трех человек: судьи, прокурора и самого Трапезникова. Говорят, что в прежние времена право на такие «суды» имели только «стукачи» спецслужб. Похоже на правду. Ведь политику всегда нужна публичность, даже садясь за решетку он должен подчеркивать идейные мотивы своей деятельности.

Но получилось то, что получилось. Трапезникова долго пугали на допросах ФСБ и прокуратуре. В результате он вышел из воды пуганным, но сухим. И дал показания против людей, которые не имели никакого отношения к подделке подписей, но были реальными организаторами русского патриотического движения в Удмуртии: Владимира Жернакова и Сергея Бородулина. Сам бывший патриот Трапезников на суд не пришел, дал показания письменно и полтора месяца «болел». Но его «дружки»: В.Крюков, Д.Зянтереков и др. лгали на всю катушку.

Пухлые тома судебного дела действительно говорят о том, что группа Трапезникова ухитрялась гнать на поток фальшивки за кандидатов в президенты И.Рыбкина и С.Глазьева…Но в результате ни один из фальсификаторов лично не пострадал, а уголовные дела были возбуждены против совершенно других людей, против Владимира Жернакова и его соратников. Завертелась следственная машина прокуратуры Удмуртии. На это дело были брошены 4 следователя по особо важным делам прокуратуры Удмуртской республики. Следует отметить, что всего в прокуратуре 5 следователей по особо важным делам. Из этого следует, что злодеям-глазьевцам придавалось большее значение, нежели каким-то захудалым серийным убийцам или там всяким расхитителям многомиллионых государственных состояний…Поначалу дело двигалось вяло, динамика усилилась после того, как следователь Орлов съездил в Прокуратуру РФ на семинар, посвященный ст.142 УК РФ, о которой здесь идет речь.

Дело пошло бойко. Только свидетелей обвинения было вызвано в суд более 70 человек, очевидно для придания делу более чем солидный вид и толк… Интересно вел следствие следователь Орлов — на указание Жернакова подробностей уголовного дела прерывал, ничуть не стесняясь адвоката и требовал: «отвечай за Глазьева и за себя!». Особенно Орлов ярился при упоминании фамилии Ивана Рыбкина и прерывал, когда о нём заходила речь, даже прямо вытекающая из материалов дела.

Уже в мае была очевидна несуразица наспех состряпанного дела. Жернаков указывал следователю на многие противоречия показаний свидетелей, на что Орлов загадочно улыбался и продолжал гнуть свое.

Далее был суд. Свидетели обвинения, указанные как «единомышленники Трапезникова» вели себя крайне неприглядно. Неоднократно уличенные во лжи, они дружно начинали ссылаться на свою плохую память, изворачивались, поливали друг дружку грязью. Один из основных свидетелей обвинения — Дмитрий Зянтереков -представившись, как председатель партии «Народная Воля» на вопрос Жернакова, как же так? Сначала ты был за Глазьева, сейчас поливаешь его грязью? На что, наш юный партиец с пафосом и фальцетом взвизгнул: — «Не могу молчать!» От смеха не смогли удержаться даже представители прокуратуры. Странный паренек представился студентом, на просьбу предъявить паспорт протянул пенсионное удостоверение. В 19 лет? Впрочем, бывает. Не менее странными выглядели показания остальных «единомышленников» Трапезникова. Они заученно талдычили, что фальсифицировать подписи их «заставил» Жернаков, а на любой другой вопрос затруднялись ответить, ссылаясь на худую память. Неубедительно звучали показания и других свидетелей. Так г-жа Красноперова упрямо твердила, что фальсифицировать подписные листы ей приказал подсудимый С.Бородулин. Защита попросила указать на того из трех подсудимых, кто является Бородулиным. Красноперова долго и растеряно рассматривала подсудимых и неожиданно призналась, что никого из них не знает! Примерно также вели себя и другие свидетели обвинения. Заявляя, что подсудимые заставляли их фальсифицировать подписи, но вдруг оказывалось, что этих злодеев-подсудимых они просто не знают. Обвинителям пришлось показывать пальцем на подсудимых и называть свидетелям их фамилии, после чего следовали крайне противоречивые свидетельские показания.

На вопрос одному из свидетелей обвинения Бачкину, почему так разняться его показания на следствии и на суде, Бачкин простодушно заметил, что его вынудили к тому работники ФСБ. Попытку давления оперативников ФСБ подтвердила свидетель Григорьева.

Таким образом на суде подтвердилась версия фабрикации данного уголовного дела службой ФСБ. Действительно, все уголовное дело было сфабриковано на показаниях Трапезникова, но вот пикантность судебного процесса в том, что главный свидетель обвинения на суд не явился. В начале процесса было оглашено заявление Трапезникова о своей невозможности присутствовать на суде, поскольку он, Трапезников, ни жить, ни быть, должен присутствовать на некоем семинаре в г.Москве проводимом таинственной организацией «Фонд Верность и жизнь» сроком на цельную неделю (очевидно полагая, что за это время судебный процесс благополучно закончится без присутствия Трапезникова). Увы, судебный процесс продолжался полтора месяца и прокуратура не сочла возможным представить своего основного свидетеля. Суд тянул до конца и в финале прокуратура предъявила кусок бумаги с от руки написанного текста, где некий врач уведомлял, что у Трапезникова высокое давление и он не может давать показания в суде. Было также предъявлено заявление Трапезникова и о своей невозможности давать показания по причине своей природной болезности. Любопытное заявление написано синими чернилами, но вот дата проставлена черными…Это вызвало подозрение адвокатов, что налицо сговор врача и свидетеля и адвокаты заявили ходатайство о вызове в суд врача с последующими свидетельскими показаниями. Ходатайство защиты подсудимых о продлении суда до выздоровления Трапезникова были судьей снова отклонены. Никто судью здесь не станет упрекать, поскольку на ходатайства адвокатов бурно реагировал представитель обвинения, заявляя всякий раз, что не видит оснований в удовлетворении ходатайств адвокатов подсудимых…

Самое некрасивое в том, что представитель обвинения заверил подсудимого Жернакова, что Трапезников будет на суде… А вся тактика защиты подсудимых была рассчитана на показаниях Трапезникова в судебном процессе. Трудно описать растерянность подсудимых, когда судья Шаповалов в грубой форме дал им понять, что на данном процессе они не увидят свидетеля Трапезникова.

Но в еще большую растерянность подсудимых и их адвокатов ввел представитель обвинения начальник следственного отдела прокуратуры Удмуртской республики Матушкин. Сей господин на процессе, длившемся без малого полтора месяца, присутствовал всего один день. Но в своей обвинительной речи не нашел ничего лучшего, как бездумное прочтение обвинительного заключения следователя Орлова… И это несмотря на то, что многие выводы следствия были опровергнуты на процессе. Несмотря на то, что свидетели дали показания противоречащие материалам следствия. Все тщетно. Матушкин не постеснялся передернуть показания подсудимого Жернакова, высказанные на суде. Основные доказательства Матушкина были построены на показаниях опять же Трапезникова.

Подсудимому Бородулину вменялось 15 подписей, которых прокуратура сочла фальсифицированными, хотя доказательством служили пространные рассуждения г-на Матушкина. Подсудимому Турову инкриминировано 30 подписей, хотя Бородулин и Туров заявили, что данные подписные листы служили всего лишь образцами и были взяты с реальных подписчиков, которые не отрицали, что давали подписи за Глазьева. «Так кто же подделал остальные подписи?», — спросит въедливый читатель. Во всех остальных фальшивках признались «единомышленники» Михаила Трапезникова, которые простодушно признались в этом, заявляя честно, что работали «за деньги». Что их заставило их пойти на заведомо уголовное дело? Трапезников и К° хором заявляют, что их заставил Жернаков. Как им образом заставил эти ребятки объяснить не могут. Жернаков спрашивает: «что, я за Ивана Рыбкина заставлял вас собирать?». Тут на помощь приходит судья Шаповалов и отводит вопрос. Жернаков продолжает спрашивать: «что, я заставлял вас собирать подписи за Глазьева через „Народную Волю“?

В ответ — гробовое молчание… Впрочем суд и обвинение не интересовали эти, как им казалось, малозначимые детали. Зря. Обнаружилась любопытная картина. Группа Трапезникова с каждой подписи стригла тройную цену: вовсе они не собирали подписи за Глазьева и Рыбкина. Они поступали проще — сдирали с баз данных телефонных сетей, Госимущества, ГАИ. Эти данные расписывали в трех экземплярах, после чего один экземпляр сдавали Жернакову не уведомляя последнего в фальсифицированности листа, в чем признался свидетель Зянтереков -председатель регионального отделения Народной Воли.

Другой экземпляр сдавался в коммерческом варианте за Ивана Рыбкина. И, наконец, третий экземпляр сдавался за Глазьева через Народную Волю. И будучи пойманными за руку эти ребятки хором запели, что „нас заставили“. А именно Жернаков и Бородулин!

В результате совершилось невероятная по своим масштабам подлость. Оклеветанными и осужденными оказались люди, посвятившие многие годы своей жизни борьбе за национальные интересы русского и других коренных народов России. В.И. Жернаков осужден на 2 года, Бородулин и Туров получили по году условно. А предатели и иуды ходят в героях. Но пусть они не думают, что предательством можно купить себе спокойную жизнь.

Источник: www.rons.ru/kak%20tak.htm